среда, 21 ноября 2007 г.

Сущность или существование: проблема психиатрии и шизофрении

О критике DSM и понятия «шизофрения», высказанной бывшим редактором American Journal of Psychiatry Нэнси Андреасен



ТОМАС САС


Системы мышления покоятся на определенных положениях, защищенных от критики в рамках самой данной системы. Монотеистические религии опираются на положение о том, что Бог существует; медицина – на положение о том, что заболевание тела существует; психиатрия – на положение о том, что душевное заболевание существует. Довольно давно, исходя из свидетельств и логического рассуждения, которые я не буду повторять здесь, я высказал идею о том, что душевная болезнь не существует, и в действительности, существовать не может, поскольку она не является заболеванием тела, поддающимся обнаружению. Однако, подобно тому как несуществование божеств не подрывает процветание религии и теологии, точно также и несуществование психических заболеваний не подрывает процветания шизофрении и психиатрии.


Психиатры склонны рассматривать психиатрическую историю как череду научно-гуманистических прорывов, следующих один за другим. Свое недавнее эссе «DSM и смерть феноменологии в Америке», опубликованное в Bulletin, Нэнси Андреасен начинает следующими словами:

«На протяжении 19-ого и начала 20-го столетий американская психиатрия разделяла с Великобританией и Европой многие интеллектуальные традиции и ценности. Они включали в себя принципы, унаследованные от Просвещения, в отношении достоинства индивида и ценности тщательного наблюдения»i Она продолжает: «Психиатрия является одной из старейших специальностей медицины. Она зародилась, когда у специалистов, получающих образование врачей общей практики, появился интерес к лечению тяжелых психических больных. Это течение приобрело характер широкомасштабной тенденции, охватившей Великобританию, Европу и Соединенные Штаты Америки, и получившей свое распространение благодаря таким личностям, как Чиаруги, Пинель, Раш и Тьюкс. Это движение зародилось на заре современной науки и на основе философии эпохи Просвещения».

В лучших традициях леволиберальной историографии, Андреасен хранит молчание по поводу этически сомнительных практик психиатра: помещение под стражу невиновного (препровождение в стационар) и извинение виновного (защита по невменяемости).

Андреасен, столп американского психиатрического истеблишмента во времена правления DSM , притворяется его критиком: «DSM препятствует глубокому изучению пациента практикующим врачом в качестве уникальной в своем роде личности, так как это руководство представляет собой лишь сухой эмпирический подход». Самое последнее, что желают знать психиатры (в отличие от психоаналитиков) – это своих пациентов как личностей. До тех пор, пока психиатры наделены властью лишать «душевнобольных» свободы, и пока они ею пользуются, они лишают себя возможности понимать своих пациентов как людей.

Вошедшее сегодня в моду ошибочное психофармакологическое «понимание» житейских проблем в качестве химически вызванных заболеваний мозга представляет новейшее историческое свидетельство тому, что гуманистические заявления психиатра – это упражнения в недобросовестности.

«Все это, – продолжает Андреасен, - заставило автора написать несколько передовых статей в журнал “American Journal of Psychiatry”, затрагивающих современные проблемы, связанные с разработкой DSM. ... Европейцы смогли бы спасти американскую науку, выработав критерии, с помощью которых можно было бы определить, у кого в действительности имеется шизофрения, или, что шизофрения представляет собой на самом деле)

Остается гадать, каким образом Андреасен удается примирить свою неуверенность в вопросе о том, «у кого в действительности имеется шизофрения», со стандартной психиатрической практикой использовать диагноз шизофрении для того, чтобы невиновных лишать свободы, а виновных освобождать от ответственности за совершенные преступления.


2


Феноменология – одно из тех эрудированных слов, которыми любят пользоваться посвященные, чтобы производить впечатление на обычных людей. Хотя у этого термина несколько значений, некоторые из которых довольно туманны, его основной смысл прост и важен: это метод исследования и рассуждения, который описывает конкретное, поддающееся наблюдению «существование», в противоположность спекуляциям об абстрактных, не поддающихся наблюдению «сущностях», лежащих вне пределов нашей ограниченной человеческой способности познавать внешний мир.

В этом смысле, феноменология связана с эмпиризмом и экзистенциализмом (рассуждением о существовании – прим. пер.) , и ее можно противопоставить платоновскому идеализму и другим философиям «эссенциализма» (рассуждения о сущностях – прим. пер. )

История шизофрении – со времени изобретения «диагноза» Эвгеном Блейером в 1911 году до сегодняшних его «лечений» - это пример тщетности попыток разрешить опытными методами проблему, описанную в терминах «сущностей».

Несмотря на заявления Андреасен, беспристрастное рассмотрение истории психиатрии показывает, что психиатры никогда не следовали опытно-феноменологическому подходу в отношении своих собственных практик, или проблем тех людей, которых они якобы изучали. Я говорю так потому, что наиболее очевидной и непреходящей характеристикой, связанной с психиатрией, является лишение свободы.

В 1913 году Карл Ясперс признал уникальную важность этого элемента психиатрической практики: «Помещение в больницу часто происходит вопреки воле пациента, и следовательно, психиатр обнаруживает себя в отношениях с пациентом иного рода, нежели другие врачи. Он пытается сделать эту разницу настолько несущественной, насколько это возможно, намеренно подчеркивая свой исключительно медицинский подход к пациенту, однако последний во многих случаях вполне уверен в том, что с ним все в порядке, и сопротивляется этим медицинским мерам».ii

Недавно историк Эрик Джей. Энегстрём написал следующее: «Вернике заметил, что медицинское лечение [душевно] больных началось с ущемления их личной свободы. Учитывая высокую ценность которой наделяют личную свободу, Вернике заключил, что ответственность психиатров чрезвычайно велика. Иными словами, в силу своей власти лишать свободы, психиатры стали истинными гарантами личных прав и законного порядка».*iii

Было бы трудно совместить такую роль для психиатра с основными принципами надлежащей правовой процедуры и законного порядка.

Психиатрия началась в качестве практики помещения под замок в сумасшедших домах индивидов, отмеченных ярлыком «сумасшедший».iv Она продолжает основываться на принуждении.v

Людей, объявленных безумными, лишали свободы не потому, что они больны, а потому, что их поведение досаждало или угрожало другим, а также потому, что они были бедны и беззащитны. Дело по-прежнему обстоит именно так. Психические болезни, которые ставили индивидам – от драпетомании до мастурбационного безумия, гомосексуальности и шизофрении – представляли собой оправдания тому, чтобы лишать их свободы и под именем терапии навязывать им различные вмешательства. Дело и сегодня обстоит именно так. До тех пор, пока психиатры отказываются разделять между собой поиск научных сведений о явлениях, которые они называют «психические расстройства», и принятие на себя роли судей и тюремщиков, их практики будут продолжать ставить перед ними неразрешимые моральные трудности, и обильно вооружать доводами их критиков.


*Карл Вернике (1848 -1904) – немецкий невропатолог и нейропсихиатр. Одним из первых описал многие невропатологические отклонения, некоторые из которых названы его именем, например, афазия Вернике и деменция Вернике

iAndreasen, N. DSM and the death of Phenomenology in America: An Example of Unintended Consequences. Schizophrenia Bulletin, 2007. 33: 108-112.

iiJaspers, Karl 1963. General Psychopatology [1913] 7-th edition. Translated by J. Hoenig and M. W. Hamilton. Univercity of Chicago Press, pp. 839-840

iiiEngstrom, E. J., 2003. Clinical Psychiatry in Imperial Germany: A History of Psychiatric Practice. Ithaca, NY: Cornell Univercity Press, p. 251. Выделение добавлено

ivSzasz, T. 1994/1998. Cruel Compassion: the Psychiatric Control of Society's Unwanted. Siracuse: Univercity of Siracuse Press

vSzasz, T. 2007. Coercion as a Cure: A Critical History of Psychiatry. New Brunswik, NJ: Transaction Publishers.


Опубликовано с любезного разрешения профессора Томаса Саса и доктора психологии Джеффри Шалера, владельца веб-страницы www.szasz.com

Комментариев нет: